T0M0cbkA
Шуша Ску
Название: Волки Одина
Автор: Т0м0сbкA
Бета: Сурик
Фэндом: Ориджинал
Рейтинг: PG-13
Тип: Слэш
Жанры: Романтика, Ангст, Фэнтези, Фантастика, Мифические существа
Предупреждения: Смерть персонажа
Размер: Мини
Статус: закончен
Описание: Сын кузнеца Эгилл и волчонок-оборотень из белой стаи, поклоняющейся Одину всеотцу, Радольф. И военный психотерапевт Йен Эйнар, да пилот военного космического корабля Рольф Ольсон. Есть ли между ними что-то общее, или их истории ничем не связаны между собой?
Посвящение: Админам СВЦ, есессно)
Публикация на других ресурсах: Есть на Книге Фанфиков. И в паблике "Ficbook: Слэш на вкус и цвет!". Ещё куда-то? ЛС Вам в помощь!
Примечания автора: Как по мне, фантастика тут притянута за уши, но так уж придумалось. А ведь сперва хотелось написать про драконов, да эльфов с автоматами наперевес)
Спешел фо СВЦ. Написано на конкурс "Киберфэнтези".
Спасибо всем тем, кто проголосовал за эту работу на конкурсе, и благодаря кому "Волки Одина" заняли первое место!
Рецензия на работу от Админов СВЦ

Ещё не бечено

Рандольф судорожно сжал пальцы вокруг рукояти тяжёлого отцовского меча, с трудом отрывая его от земли. Рядом сломанной куклой лежит хрупкое тело его матери, чуть дальше груда мяса и костей ещё пару минут назад бывшая его отцом. Двое братьев отправились к праотцам ещё спустя минуту, оставив Рандольфа, сына Ульфа, последним оборотнем белой северной стаи. Хрупкому десятилетнему Рандольфу было сложно даже удержать меч в нужном положении, не то что нанести скалящимся жёлтыми зубами противникам хотя бы один удар, но сдаться, опустить оружие, значит опозорить честь рода, предать память предков.
На них напали в ночь новолуния, когда могучая стая белых волков Одина была не сильнее обычных щенков. Только в эту ночь ни один оборотень не имеет возможности обратиться и теряет силу зверя, становясь простым человеком. Кто выдал врагам секрет о слабости клана, гадать не нужно. Хемминг - единственный чёрный волк среди белоснежных сородичей, так и не смог прижиться и создать свою семью и выплеснул свою обиду предательством родной стаи. Рандольф видел его среди человеческих воинов, пришедших истребить его родных. Но видел он и кровь, хлещущую из разодранного горла предателя. Люди не любят разбрасываться золотом, они врут и убивают.
Рандольфу было страшно. Нет, он не страшился смерти. Хоть он и был мал, но уже знал, что смерть - это ещё не конец. Он верил, что отец его, и мать, и сёстры с братьями уже ждут последнего лунного сына в Вальхалле. И он боялся, что не успеет сделать того, что позволит, умерев, оказаться рядом с близкими. Сморгнув злые слёзы, он крепче вцепился в рукоять меча, намереваясь превзойти возможности своего маленького слабого тельца и выгрызть себе право попасть в Вальхаллу…

Рольф резко сел в постели, просыпаясь. Уже который раз ему снится этот изнуряющий сон, наполненный смертью и страхом. Ольсен устало растёр ладонями лицо. Похоже, придётся испортить Йену ещё один день своим присутствием.

Йен Эйнар, как и ожидалось, его приходу не обрадовался и даже не попытался этого скрыть. Вообще, будучи психотерапевтом, Эйнар поступал совершенно непрофессионально, если дело касалось Рольфа. Ещё десять лет назад, являясь молодым специалистом, он устроился работать в госпиталь при космодроме, где служил тогда уже младший лейтенант Ольсен, которого новоиспечённый доктор сразу выделил из числа других. Но то была симпатия, потом страсть и, как казалось Рольфу, любовь. А в итоге всё пришло к тому, что Йен чуть ли не змеёй шипит при виде бывшего любовника, а тот в свою очередь ночами воет волком в подушку от разрывающей грудь тоски.
- Слушай, Ольсен, - хмыкнул доктор в ответ на рассказ о вновь настигшем мужчину, несмотря на лекарства, странном сне. - А может ты и правда оборотень из жившего давным давно племени, поклонявшегося Отцу Богов? М? Ты же сам говорил, что тебя нашли окровавленного в лесу, когда тебе было десять. Может в этих снах к тебе возвращается память о детских годах? Тем более британцы, кажется, уже почти доказали, что путешествия во времени - это реальность.
- Прекрати смеяться надо мной, Йен! - Рольф устало откинулся на спинку кресла. - Через пару дней мы уходим на задание. А из-за этих проклятых снов я не то что выспаться не могу, я устаю ещё сильнее. Как мне в таком состоянии управлять кораблём?
- Лекарства сильнее тех, что ты пил, уже являются запрещёнными для употребления пилотам. Я больше ничем тебе не могу помочь, кроме как положить на обследование и отстранить от полётов. - Уже серьёзно ответил Эйнар. - Ну или найди себе всё-таки кого-нибудь. Не помню, чтобы тогда тебя беспокоили эти сны.
- Ты знаешь моё мнение на этот счёт. - Ольсен нахмурился, глядя на недовольно скривившегося психотерапевта.
- Только не начинай это снова, молю тебя! - Йен прошёлся по мощному телу бывшего любовника не читаемым взглядом. - Я не вернусь к тебе, что бы ты ни делал. Я счастлив я Якобом, а тебе давно пора найти себе кого-то другого. Знаешь, Рольф, мы могли бы расстаться друзьями, если бы не эта твоя навязчивая настойчивость. Всё давно кончено, я не люблю тебя, поэтому прекрати смотреть на меня своими жалобными глазками, тебе это не поможет, а меня раздражает.
- Ты не нужен ему так, как… - горячо воскликнул Ольсен.
- Ты не можешь знать, что он чувствует ко мне! И я больше не намерен разговаривать с тобой! - перебил его Эйнар, размашисто чиркая что-то на небольшом бланке. - Вот. Направление на обследование. И выметайся уже отсюда!
Рольф тяжело вздохнул и, взяв со стола исписанный лист, вышел из кабинета.
Но ни лечь в госпиталь, ни даже сообщить о своём состоянии начальству он не успел. Сигнал тревоги настиг его на пороге дома. Кажется, их задание отменяется. Те, кого они должны были выслеживать, уже сами оказались непозволительно близко от Земли…

Рандольф, обернувшись пушистым белым волчонком, юлой крутился у ног худенького мальчишки, боязливо поглядывающего на маленького зверёнка. От человеческого детёныша пахло снегом, металлом и очагом. И у щенка всё трепетало внутри от этого запаха. Пара, не иначе! Это его пара! И пускай парой оказалась не самка, да и вообще не волк, это не беда! Главное, он предназначен Рандольфу богами.
Отец впервые взял его с собой к кузнецу, единственному человеку, не боящемуся иметь дела с Белой стаей. И вот пока взрослые договариваются об изготовлении новых мечей для воинов-оборотней, ему посчастливилось встретить своё счастье е лице босоногого сына кузнеца.

Они убегали на берег холодного горного озера, чтобы увидеться, практически каждый день. Эгилл всегда заворожённо и немного печально наблюдал, как Рандольф, обернувшись волчонком, бегает по каменистому берегу, фырча, когда лапы касаются ледяной воды.
- Ранд, как же я хочу в следующей жизни родиться волком, чтобы бегать с тобой по лесным чащам, загонять вместе дичь лунными ночами… - шептал он, зарывшись лицом в мягкую белую шерсть.
- Это невозможно, мой Эгилл, - зверёнок в мгновение ока обернулся человеком и обнял свою пару, прижимая к себе. - После земной смерти впереди только Вальхалла или царство Хель. Но мы обязательно будем с тобой вместе и там.

Дни текли от встречи к встрече. Но однажды ночью, проснувшись от странного шума, сквозь неплотно закрытые ставни Рандольф увидел пылающую кузницу и старый дом возле неё, расположившиеся у холма за долиной…

Ольсен резко открыл глаза и попытался сесть, но боль прострелила голову, от чего он рухнул на пол, на котором, как оказалось, лежал, и застонал сквозь зубы.
- Тише, Рольф, тише! - знакомый шёпот ерошит волосы у виска, а родные крепкие руки, приобняв за ноющие плечи, помогают принять сидячее положение. - Не шуми, иначе нас услышат.
- Кто? - хрипло отвечает пилот. В горле пересохло. Йен, будто прочитав его мысли, подносит к губам фляжку с водой.
- Не помнишь? - вновь напряжённый шёпот на ухо. - На космодром напали. Не только на наш. Их целая эскадра. Большие летающие военные базы.
Картинки из недавнего прошлого вонзились в и без того истерзанный головной болью мозг с яростью голодного хищника. Вот он на пороге своего дома, достаёт ключ-карту, когда слышит сигнал тревоги. Вот он мчится в сторону ангаров, но появившаяся словно из ниоткуда огромная инопланетная махина, закрывающая собой практически всё небо над космодромом, несколькими лазерными выстрелами разносит все боксы и мастерские с самолётами, шаттлами и кораблями. Вот он уже выскакивает из уцелевшего бункера, совсем недавно обустроенного под склад с боеприпасами, тут же начиная стрелять из бластера по высадившимся захватчикам. В отдалении воет сирена, идёт эвакуация гражданских, проживающих на территории военного городка. А дальше только лазерные лучи, взрывы, крики боли. И паскуда во внеземном скафандре, целящаяся в спину оказывающего первую помощь какому-то бедолаге Эйнара. Издохший бластер выдаёт только искры, потому в противника летит нож, а сам Рольф прыгает наперерез выпущенному лучу, моля всех богов, чтобы успеть и не дать любимому погибнуть. И прожигающая плечо боль...
Воспоминания потихоньку укладываются в голове, боль, бьющая по вискам утихает. Прижавшись к его спине, сидит Йен, тяжело дыша и сжимая пальцы на его плечах от пронзающего тело страха. Эйнар не солдат, он никогда не видел битвы и, хоть и работает на военном космодроме, лицезреть инопланетян ему ещё не приходилось, даже на тех редких снимках, что передавали разведывательные корабли беспилотники. И он боялся той мощи, что показали пришельцы, сумевшие незаметно подобраться к из базе. Вне тёмного маленького помещения, где они обосновались, слышались редкие взрывы, грохот и чужая шипящая речь. Им нужно было уходить. Много ли пройдёт времени, прежде чем их найдут? Был бы Рольф один, он бы вернулся к битве, превозмогая боль, и унёс бы с собой на тот свет ещё хотя бы парочку-другую прилетевших уродцев. Но мысль, что нужно увести Йена в безопасное место, помогала держать себя в руках и не стремиться поскорее под смертоносные лучи противников.
- Уходим отсюда, - сказал Ольсен, с трудом поднявшись на ноги и, к собственному разочарованию, не обнаружив при себе никакого оружия. Эйнар молча кивнул, подскочив следом, и вцепился ледяными пальцами в ладонь раненого пилота. Перед глазами Рольфа помутнело, но он лишь глубоко вздохнул и осторожно выглянул в крошечную щель между обесточенными створками автоматических дверей.
Они почти выбрались с территории космодрома и даже подобрали один ещё заряженный бластер, да парочку дымовых шашек, когда за их спинами раздался знакомый голос. Когда Ольсен впервые увидел Якова Вильмарсона, ему показалось, что они уже знакомы, и острая неприязнь мгновенно оплела образ этого инженера в его голове. А когда Йен ушёл к нему, бросив пилота, ничего толком и не объяснив, неприязнь переросла в жгучую ненависть, которую всеми силами приходилось сдерживать. А сейчас Рольф понял, что этот неприятный человек уж очень похож на предателя Хемминга из снов, снившихся ему практически всё время с десяти лет, когда его без каких-либо воспоминаний нашли в лесу возле этого самого космодрома. Пакостно ухмыляющийся Яков стоял рядом с парой облачённый в зелёные скафандры пришельцев, направив в сторону мужчин оружие. В ушах у Ольсена шумело и он не мог разобрать ни слова, что вылетало из поганого предательского рта. Зато Йен, поддерживающий раненого за плечи, внимательно слушал своего продажного любовника, и это его явно не радовало, потому как на лице психотерапевта явственно проступило разочарование и презрение. Рольфу становилось всё хуже и хуже, в голове билась единственная мысль - спасти Эйнара любой ценой. Дальнейшее слилось для него в сплошное мутное пятно: звуки выстрелов, острая боль в груди и вскрик со стороны любимого, будто выкручивающиеся суставы и животная ярость, желание разорвать навредивших его паре.
Сознание, измученное болью, прояснилось уже позже, когда Ольсен, задыхаясь от заполнившей лёгкие крови, лежал в волчьем обличие в объятиях Йена по среди леса. Удивлён он не был. Сейчас он ясно понимал, что те сны были его воспоминаниями. Он и есть Рандольф, последний оборотень из стаи белых волков Одина, волею Богов отправленный в будущее. Ольсен знал, что не достаточно далеко увёл свою пару от опасности, но сил уже не было. Волк чувствовал себя жалким. Он снова не смог защитить тех, кого любил.

Эйнар же не мог поверить, что это и в самом деле с ними происходит. Нет, этого не должно было происходить. Он чувствовал себя предателем, ведь вместо того, чтобы провести столько времени рядом с человеком, которого до сих пор любил всем сердцем, он из-за собственного страха перед непонятным и неизвестным сбежал к первому признавшемуся ему в любви парню, показавшемуся ему нормальным.
- Я тоже вижу сны, Рольф! - Йен всхлипнул, вжимаясь исцарапанным лицом в пропитавшуюся алым шерсть на волчьей шее. - В них я волк, белоснежный волк. Я бегу по зимнему лесу и рядом со мной ты. Я знаю, что это всегда был ты. Таких лазурных глаз я больше ни у кого не видел. В моих снах мы бежим наперегонки, валим друг друга в сугробы, играемся. А потом оказываемся в тепле возле очага на мягких медвежьих шкурах. Мы ластимся друг к другу, вылизываем вымокшую в снегу шерсть, а потом становимся людьми.
Горячий волчий нос утыкается мужчине во впадинку за ухом, от чего слёзы из глаз текут только сильнее. Эйнар пытается спрятать их в тёплом мехе, пачкая щёки в звериной крови.
- А в других снах я маленький мальчик. И я… - голос психотерапевта срывается, - я говорю тебе, что хочу в следующей жизни родиться волком.
Оборотень тихо фыркает, слабо шевельнувшись, и коротко лижет мужчине шею.
- А ты говоришь, что это невозможно, что после земной смерти впереди только Вальхалла или царство Хель. - Он отстранился, заглядывая в тускнеющие глаза зверя. - Но почему тогда мы здесь? Ответь мне, Рандольф! Ведь мы умерли... Я умер!
Волк тихо скулит, чуть заметно потираясь мордой о плечо человека.
- Прости меня, Рольф! Я… Мне было так страшно из-за этих снов. Я всегда был ненормальным на фоне других детей, и я испугался, что и во взрослой жизни стану изгоем. Я испугался, забыв, что рядом с тобой я бы точно не остался один. Я трус, Рольф, всего лишь жалкий трус, не достойный любить тебя.
Оборотень снова легко касается носом за ухом и, тяжело вздохнув, обмякает у любимого на руках. Йен замирает, сильнее прижимая к себе волчье тело. Ему кажется, что тепло покинуло его вместе с последним выдохом Ольсена.
В тишине леса слышатся шаги и чужая шипящая речь. Эйнар обхватывает ладонью практически разряженный бластер.
- Подожди меня, мой волк, ладно. Подожди меня, прежде чем уйти в Вальхаллу. Ещё совсем немного…

Сморгнув злые слёзы, Рандольф крепче вцепился в рукоять меча. Выпад даётся с трудом, но он вспарывает одному из убийц ногу. Мужчина, не ожидавший от мелкого пацанёнка такой прыти, яростно рычит, замахиваясь, но сбоку подлетает другой мальчишка, в прожжённой рубахе, охотничий нож которого рассекает его руку с кинжалом до кости. Воин покрупнее отталкивает с дороги раненого товарища, и уже через мгновение его покрытый рунами меч пронзает насквозь так внезапно появившегося мальчишку и попытавшегося заслонить его Рандольфа. Тела ещё не успевают опуститься на покрытый кровью пол, когда Валькирия взмывает ввысь, унося с собой их отважные души...

@темы: Фестеваль, СВЦ, Ориджиналы моего авторства, Ориджиналы